Анатолий Ива
Писатель
Око напротив

Окно напротив

      Прекрасный символ тайны, загадки, недоговоренности. Символ чужой, «параллельной» жизни в доступности любопытного взгляда. Взгляда случайного, периодического или постоянного. Когда смотрящий становится на время созерцания либо невольным свидетелем, либо сознательным соучастником. Либо кем-то еще, в зависимости от того, что увидел. Тема, кажется, глубокая. Кинематографическая: драма, детектив, триллер.

«Окно напротив» выделяется из десятка других окон (которые тоже напротив, но ими не являются) своим главным свойством – беспокоить воображение. И беспокойство не удовлетворять. И подключать логику. И ее отключать, поскольку она оказывается бессильной. 

 Пишу о таком окне. И нет смысла ничего придумывать, все уже придумано. Тем более, что такое время. Хотя время, как раз такое – литературное, если не спишь. Пишу в два часа ночи, потому что слишком странно.

Волею судьбы (привычка курить) уже несколько лет вынужден выходить на площадку этажа. На площадку, как сказали бы лет двести назад, «черной лестницы», которой пользуются в случае отключки лифтов.

 Площадка - ее можно назвать и балконом - с видом на новый дом, построенный вслед за тем, в котором живу. Возрастная разница домов год. Внешних отличий нет.

В минуты пребывания на балконе-площадке имел и имею возможность видеть процесс заселения: черные (пустые, мертвые) глазницы начинают светиться, оживать, занавешиваться. Уже начинают курить, стоя с той стороны и на меня поглядывая. Днем видно, как клеят обои, шкурят.  Но это ниже моего яруса. Мой ярус пятый. Вечерами, естественно, виден свет. Почти на всей плоскости фасада. Года полтора назад светилось мало, сегодня наоборот – мало не светятся.

Со света и началось. Свет и выделил из обыденности жизни «окно напротив». Свет в виде маленького зеленого огонька.  

Такие огоньки раньше были (да и теперь наверно) у приборов. Каких? Вот здесь и возник вопрос, до сих пор не нашедший ответа. Вопрос, породивший новый: а кто живет в этой квартире? Уже давно. Кто эти первенцы и чем они занимаются?

Такие яркие, особенно зимой и ночью, зеленые огоньки могут принадлежать  музыкальным усилителям, системам видеонаблюдения, чему-то, связанному с компьютерами, медицинским приборам, какие показывают в кино с реанимационными палатами.  Что же это там у них работает? У поселившихся на шестом этаже, чуть по диагонали вправо.

Сквозь лоджию не разглядеть. И расстояние такое, что тоже не разглядишь. Интрига, возникшая на пустом месте: кроме банальной люстры, освещающей голые, без обоев стены,  в помещении нет ничего. Даже занавесок. А без занавесок жить неприятно – ты слишком открыт.

Только ящик с огоньком на уровне стола. Или тумбочки. Но представляется стол. Потому что не видно – подставка вровень с линией закрытой части балкона. От этого не очень приятное ощущение: горит круглые сутки, неизвестно что.  И летом и зимой. И никого: пустое помещение без мебели. Иногда в нем свет. Иногда люстра не горит.

Этот неусыпный зеленый глаз, почему-то ассоциируется у меня со словом «контроль». Кто-то нас всех контролирует. С помощью загадочного прибора. А раз контролирует, значит, может влиять. Поэтому добавочно представляются молчаливые серьезные люди в пятнистой форме, сидящие (где-то) с наушниками. Слушают, записывают, посылают отчеты. Готовы принять меры, когда поступит нужная команда или придет время.

Разрушая это конспирологическое построение вдруг там, в «окне напротив» появляется ребенок. Девочка, как кажется мне. Ее длинноволосая головка мелькает туда и сюда – она резвится. Чем занимаясь? Бегает за котенком, играет в мяч? Не знаю, вижу лишь мелькающую, подпрыгивающую прическу. И это ночью, когда дети спят. Вот и сегодня увидел в два часа! И бросился писать.

Но девочка появляется редко и бессистемно – по наитию. Потом исчезает надолго, и я о ней забываю. Но огонек все горит. И для меня, моей логики, воображения, подозрительности и прочих свойств натуры наступает трудность – не соединить. Зеленое око непонятного прибора с ночным, неспящим ребенком в движении.

За время трехлетнего зеленого горения ничего в обстановке не изменилось. Люди рядом (ниже, выше) сломали стены и построили новые, заставили мебелью кухни и спальни, положили плитку и поменяли остекление. И завесились шторами, жалюзи, тюлью. А эти ничего: горит зеленая лампочка. Днем, утром, на рассвете. В снег, дождь, праздники. В пустой комнате, где редкими ночами шевелится дитя.

А может, не дитя? Может, лилипут? Я видел такую. Короткие крепенькие ручки-обрубки, кривые недоразвитые ножки, всем по пояс. Только туловище, как у нормальных. И еще детская коляска. То есть, родила. То есть, ее ненормальность позволила привлечь, выносить и дать продолжение. Может быть аномалия простирается и на повадки? Например, радостно бегать в пустой комнате по ночам, когда младенец ее спит. А днем, когда все нормальные бодрствуют – сладко спать самой. Тогда почему не каждую ночь? И что за прибор с зеленым огоньком?

А может, там поселились инопланетяне? Чтобы за нами неустанно наблюдать? Они маленькие и веселые, как дети. Или выбрали себе такие образы, чтобы не вызывать у землян подозрений. И им все равно, день или ночь.  Ночь даже лучше, напоминание о родине. У нас ночь, у них там день. Но тогда почему так примитивно? Имею в виду инопланетное оборудование. Если прилететь смогли, то, наверное, не нуждаются в таком громоздком ящике (рация, окислитель воздуха, аннигилятор?). Да еще с таким примитивным зеленым глазком. У них все (аннигилятор, освежитель воздуха, передатчик) должно быть на уровне подкожных микросхем.

Странно… Одно исключает другое. И не за что уцепиться, чтобы объяснить. А отсутствие внятного объяснения вызывает у меня зуд интеллекта.

И еще вопрос.

Почему же я не поднимаюсь по лестнице выше? В тот самый момент, когда появляется загадочный ребенок? Или без него, когда горит люстра. Чтобы с высоты рассмотреть, что там у них. Рванул и мгновенно содрал покров тайны! Почему? Ведь так просто.

Просто, но лень. Как вариант.

Или другое. Может исчезнуть секрет. И тогда (когда поднимусь и увижу, над какой чушью ломал голову) «окно напротив» станет самым заурядным окном. Каких тысячи и миллионы. Отчего исчезнет освежающий сквозняк «необъяснимого», и курить станет скучно.

Нет. И подняться мне не лень. И не боюсь утраты «загадочности» в мелких обстоятельствах быта - ясность лучше неведения.  И лифты работают – можно возвыситься на нем, а не ногами. И сигарету не жаль бросать.

Но не возвышаюсь. А стою и который год гадаю: что там такое горит злобной зеленой лампочкой, и кто по ночам лихорадочно бегает. Почему?

Есть много, друг Горацио, на свете, что и не снилось вашим мудрецам…