Анатолий Ива
Писатель
Завещание

Завещание

   Находясь в трезвом уме и  ясной памяти,  я -  Басков Иван Вольфович (прошу не соотносить мои фамилию и отчество с миллионами иных, а наипаче  и двумя самыми основными  Басковыми  и Вольфовичами) составляю сие «Завещание». Не обладая необходимым знанием юридических терминов и мимикрирующих под них жаргонизмов, пишу в свободной форме.

   Согласно ст. 1119 ГК РФ «О свободе завещания», я вправе   по своему усмотрению завещать свое имущество любым лицам, любым образом распределив доли наследников, а кого-то и вовсе послать надолго и безвозвратно.

 К "надолгим" и "безвозвратным" я отношу Баскова Николая Викторовича, Жириновского Владимира Вольфовича, а также мою троюродную сестру, проживающую в  городе Серпухове на ул. Ленина 37-83.  Так вот, этим господам  не отломится ничего.

  Причиной, заставившей меня составить этот итоговый документ, послужило мое резко ухудшившееся самочувствие. Подробности неприятны, но очевидность фактов не позволяет обойти вниманием собственное физиологическое состояние, как стимулирующее, так и препятствующее письменному оформлению  моих распоряжений – рука « слабеет» с каждым прожитым часом.

  У меня в животе дыра. «Животом» я обозначаю общую область, именуемую брюшной полостью. Живот для меня начинается с пищевода, доставляющего мне невероятные страдания своими внезапными спазмами; продолжается желудком с его повышенной кислотностью и миазмами перманентной изжоги;   тянется многометровым зашлакованным кишечником и  заканчивается капризной прямой кишкой. Apropos, мое завещание – имею право писать то, что считаю нужным.

   В животе у меня образовалась дыра. Или язва, или трещина... скол, каверна, коррозия, шанкр, свищ, перфорация. А может быть, и иное нарушение желудочной герметизации и нормального в ней кровообращения. Каждое утро я испытываю сильный позыв на рвоту. И меня минут пять-десять буквально выворачивает наизнанку. Вместе со слизью из меня выходит около пятидесяти миллилитров темной венозной крови. Вечером, вместе со стулом я теряю почти столько же, если не больше. Но в этом случае кровь артериальная, алая, густая. Учитывая общий кровяной запас и скорость образования эритроцитов, я могу мыслить и соответственно существовать еще около трех с небольшим месяцев.

   Для наглядности и чтобы не быть обвиненным в голословности, я набираю в поршневую ручку вечернюю кровь, разбавляю ее слабым спиртовым раствором и ею пишу. Любая медэкспертиза подтвердит, что это так.

  Но я  не жалею. Я уже несколько лет ни о чем не жалею. Если подразумевать под этой расплывчатой эмоцией латентную жадность к переживаниям и впечатлениям. Лично мне себя не жалко. Мне жалко конкретных, окружающих меня людей, которым я и завещаю то, что после меня останется. (В хорошем качестве).

  Итак, моя ЖИЛАЯ ПЛОЩАДЬ.   На сегодняшний день я проживаю (и являюсь единственным владельцем)   в  трехкомнатной квартире, общей площадью 86кв. метров, не считая лоджии. Всю площадь, включая лоджию и стеклопакеты, я завещаю Кариму Маджидовичу Киргисарову и его строительной бригаде. Ребята очень хорошо потрудились в нашем подъезде и высококачественно произвели малярные работы по покраске стен и перил. Тем самым я также выражаю  свои глубоко толерантные, интернациональные чувства  молодым рабочим силам из ближней Азии и выражаю глубочайшее уважение  Аллаху Акбару и Его пророку Мухаммеду.   Мне бы очень хотелось, чтобы в моей бывшей квартире (ул. Рылеева 18-25) устраивались семейные Курбан-байрам, Ураза-байрам, совершались намазы и пелись суры из Корана. Для этого я также завещаю Кариму Маджидовичу Киргисарову свою акустическую аппаратуру, привезенную мною из Японии в 1997 году, с фестиваля симфонической музыки имени Арнольда Шёнберга, посвященного девяностолетию исполнения его Второго струнного квартета, фа-диез минор (с сопрано).

   Вся ФОНОТЕКА переходит в собственность радиостанции «Дорожное радио», с которой  меня в свое время и до сих пор связывают самые теплые воспоминания. Я считаю, что имеет смысл знакомить молодых и не молодых водителей с шедеврами мировой музыкальной сокровищницы.

  - Моцарт Вольфганг Амадей:

все симфонии (лондонский симфонический оркестр, дирижеры - Бруно Вальтер, Герберт Фон Караян, Карлос Клайбер, Клаудио Аббадо)

  - Бах Иоганн Себастьян:

органные произведения, инвенции, фугетты, «Das Wohltemperierte Klavir»  оба тома (Святослав Рихтер и Гленн Гульд), «Страсти» по Матфею, Иоанну и Луке (в исполнении Римско-католического кафедрального собора)

   - Брамс, Лист, Шуберт, Шопен, Шон Пен, Дебюсси, Щедрин, Чюрленис, разное.

 

  БИБЛИТОТЕКА, насчитывающая более шести тысяч томов, как русских, так и зарубежных классиков завещается дежурной смене консьержей в нашем подъезде. Мне неприятно замечать этих людей, бездумно смотрящих в монитор или засоряющих свое сознание прослушиванием сфабрикованных новостей.

   Библиотека, акцентирую, богатейшая. Она некогда начала собираться  моим старшим, давно покойным  братом  Поликарпом. В собрание входят:  Толстой (Лев), Хемингуэй, Маркес, Довлатов, Мандельштам, Борхес, Достоевский, Кобо Абе, Мопассан, Станюкович, Николай Федоров, Чернышевский, Андрей Белый (Бугаев), Тургенев, Эдуард Тополь, архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий), Пруст, Джеймс Джойс, Кьеркегор, Циолковский, Бердяев, Омар Хайям, Руми, Соломатина, Харуки Мураками, Заболотский, Шагинян. Подшивка «Науки и жизни» с 1967 по 1985 годы. Подшивка «Знание-Сила» с 1978 по 1991года. Все книги  им -  стражам дверных покоев.  А самому молодому в смене, кажется, по имени Владимир  я завещаю свой кабинетный кожаный диван, кресло и все столовое серебро. У меня создалось впечатление, что этот молодой человек постоянно испытывает материальные трудности.

  Остальная мебель (кухонный гарнитур, книжные и платяные шкафы, спальные места, карнизы, гардины, аквариум, ковры, стулья, стеллажи, батистовое постельное белье, микроволновую печь, электрокамин, стиральную машину, телевизор, компьютер) я завещаю фонду социальной адаптации имени Герасима Иорданского, занимающегося перевоспитанием подростков, имеющих сложности с законом. Мой младший внук в этом замечательном Центре  в течение года реабилитировался и остался очень доволен произведенным над ним «курсом».

  Медсестре Тамаре Зайцевой, приходящей делать мне витаминные инъекции, я завещаю антиквариат: бронзовые подсвечники, жирандоли, часы «Pavel Bure» и две миниатюры, выполненные маслом.  Это «Вечерний сад» Юлия Клевера и незавершенный этюд Валентина Серова «На рассвете».

  Хрустальную люстру из гостиной, так называемую, «Дворцовую» я завещаю  в 26  почтовое отделение – там у них всегда очень тускло, и стоит казенная атмосфера.

  Посуду, одежду, обувь, галстуки, канцелярские принадлежности, запонки, часы, портсигары – завещаю в ночлежку  «Покаяния двери отверзи мне».

 Наличные деньги никаким попам, муфтиям, рабби, ламам  и прочим кровососам! Категорически!  Все мои  средства 685 467 рублей и 857 EURO завещаю на строительство и оборудование по последнему слову техники и научной мысли  бесплатного «Террариума» в районе Суздальского  проспекта или на окраине Ржевки.  Это на усмотрение районной и городской администрации.

  Старшему сыну – низкий поклон. Младшему – большое спасибо за внимание и заботу.

  Но его (младшего)  первой супруге и страдающей близорукостью моей внучке  - мой «Ленд   Ровер». С гаражом и набором резины.

  Дочери – флакон духов «Красная ядь».

  Внуку (сыну моего  старшего), вернее,  его официально рожденному первенцу, будь то сын, дочь или гермафродит – земельный  участок с домом под Лугой. Со всем хозяйственным набором. А самому Вольфу Николаевичу сюрприз.

   Вольфик, в третьей комнате, где веранда в сад, есть подпол. Снимешь ковер –увидишь лаз. Не поленись и спустись. Там в стенку вмонтирован сейф. Отрывается ключем и цифровым кодом. Ключ – в ватнике в бане, такой с виду неприметный.

  Но все дело в наборе цифр. Ты у нас математик. Анаграмма слов «Уходя, гасите свет». Без запятой. Поиграйся, Вольфик,  может быть,  откроешь. А там есть, что открывать. Очень даже есть. Намекну только на ювелирные секреты 30-х годов, эту адову работу «чрезвычайки»...

  Вот и все. Кончаются чернила. Следующее их пополнение вечером.

  Да, собственно, и сам я  «выписался» весь....

  Тело мое кремировать. Прах развеять  с Литейного моста в сторону Смольного собора. Урну использовать в качестве цветочного  горшка  на нашей лестнице.

  А теперь, прощайте. Прощайте  все, всё и вся, как со своей стороны простил я всех  вас.   

  Иду разговаривать с ....

  Дата составления документа: 6 (шестое) мая, 2013 года.

 

 

   Инициалы: Басков Иван Вольфович           – подпись

 

 

 

 

           - место для печати нотариуса      - его подпись